Первый опыт ловли на зимнюю блесну

Мормышки и блёсны своими руками мы начали делать одновременно. Но прежде, чем попробовать эти приманки, по своей конфигурации так напоминающие маленьких рыбок, в деле первый раз, я сезона два возил их с собой в качестве лишнего груза.

Да и к чему рисковать временем, которого в зимний день и без того маловато, если рыба прекрасно брала и на мормышку. Признаться, был и другой аргумент: окунь производил на меня впечатление рыбы с достаточно большой долей соображения для того, чтобы предпочесть полакомиться холодной, бездушной, злобно сверкающей своими гранями, невкусной блесной, чем проглотить маленького, симпатичного, аппетитного мотыля. Но всё решил один случай…

Дело было в середине семидесятых. Плотиной на Волге в нашем регионе в то время и не пахло, поэтому на волжском сильном течении охотников порыбачить находилось мало. Да и любителей поморозить нос и конечности было не в пример меньше, чем теперь. Рыбачили, в основном, на прудах и озёрах.

В выходной день и нас человек восемь приехало на большое лесное озеро с расположенной невдалеке деревней. Было начало зимы, лед на водоеме стоял тонкий, и проблем с бурением лунок не было. Так как в этом месте мы рыбачили не первый раз, то все разбрелись по озеру по своим «секретным» местам. Ловился некрупный окунь вперемежку с такой же по величине сорожкой.

Вдруг за моей спиной в двух местах почти одновременно что–то забухало. Оглядываюсь - двое местных пробивают лед топорами. Причём, один из них, как и все нормальные люди, садится рыбачить недалеко от берега. А другой - почти посредине озера, то есть на такой глубине, где по моим прикидкам кроме крокодилов никто и водиться не должен.

Стал за этим чудиком наблюдать. Он достал снасть, опустил что–то без всякой насадки в лунку и стал подкидывать вверх хлыстик удочки. И каково же было моё удивление, когда вскоре вытащил на лёд окуня, и даже издалека было видно, что по величине он – не чета моим. Затем ещё одного, потом ещё.

Я впервые в реалиях убедился в том, что рассказы редких рыбаков о том, что они видели, как кто-то надергал на блесну крупного окуня, не сказки, а вполне правдоподобные случаи, и вот я вижу один из этих примеров.

От этой впечатляющей картины подо мной явно раскалился ящик. И причем здесь, скажите на милость, какая-то мормышка и какой-то несуразный мотыль, которого на морозе постоянно еще и менять надо. Я же вижу, как человек без всяких усилий – знай, маши снастью – черпает из-подо льда одного за другим «горбача».

По–быстрому сматываю удочку, хватаю ящик и, с трудом уговаривая себя: "Только не бежать!", - направляюсь к блеснильщику. Вблизи им оказался молодой парень, который ещё и не прочь был пообщаться. Он как раз только что вытащил очередного окуня, и я попросил его показать блесну, а взяв ее в руки, испытал лёгкий шок и тихий ужас.

Представьте себе вырезанную из консервной банки жестянку с неровными зазубренными краями, от которой, вроде бы, еще явно попахивает «килькой в томате», залейте её припоем, пристройте к этому приспособлению крючок, и вы получите внешний вид устройства, на которое он рыбачил. У меня, при виде этой конструкции, хватило ума не рассмеяться.

Но берет же, улов-то вот он, налицо. Представляю, какое побоище сейчас начнется в окуневой стае за право клева на мою приманку. Ты, паренек, скоро по сравнению со мной, будешь просто отдыхать! И в то же время, стала душить жаба: «На сколько же центнеров этого хищника можно было поймать больше, начни я рыбачить пару лет назад на мои, так похожие на ювелирные изделия, приманки». Вслух же говорю: "Окунишка здесь, конечно, неплохой, но и крупнее ловили".

А чтобы окончательно добить пацана, достал коробку с окуневыми блеснами, небрежно раскрыл ее и, изображая из себя опытного блеснильщика, спросил: «Не подскажешь, какую мне лучше привязать? А то я в этом месте на блесну рыбачу впервые, водоёма толком не знаю». Он ответил, что лучше поставить светлую приманку: глубина здесь метров шесть, а вода из-за торфяников не очень прозрачная.

И при этом никакого намека на удивление, а тем более на восхищение по поводу моих, изящно сверкающих, серебряных сокровищ, которые чистились мною с превеликим старанием к каждому большому зимнему празднику, с доводкой их поверхности до зеркального блеска.

Такого пренебрежения к своим приманкам я, как и любой другой нормальный рыбак, не смог простить бы даже своему лучшему другу: «Ну, ты, паренек, лови, лови... Пока еще есть время, надо мной поизгаляйся… Ведь это только у одного тебя может все так ловко получаться, как ты сам о себе думаешь... Но скоро увидишь, на что способны одной левой городские. Дай только блесну привязать».

Под эти мысленные заклинания я приготовил свою "фирменную" снасть, пробурил вокруг «аборигена» несколько лунок, занял на одной из них небрежную позу бывалого рыбака и был готов удивить весь мир. В голове тревожным молотом вдруг застучала одна настойчивая мысль: «Куда, кроме ящика, буду складывать пойманную рыбу – не по карманам же мне ее рассовывать. Придется, видимо, брать только очень крупного окуня, а остального отпускать обратно - пусть набирает жирок до моего следующего приезда».

Пока я переживал по этому поводу, у местного рыбака кучка «полосатика» переросла в довольно-таки приличную горку. Я же, обойдя свои лунки, поймал неплохих, но всего двух окуней.

Конечно, было очень обидно в первый же свой опыт ловли на блесну нарваться на неправильную рыбу, у которой не хватает ума по достоинству оценить привлекательность настоящих приманок, пусть даже, если от них и не воняет никакими консервами, которые настоящие рыбаки, дабы не сглазить улов, с собой никогда и не берут. Хотя в данной ситуации мне баночка "шпрот", чтобы окунуть в нее для запаха мои изделия, явно бы не помешала.

Не буду описывать, как я в тот раз опозорился со своим пресловутым самомнением, сколько было пробурено вокруг того удачливого рыбака лунок, и как он ближе к обеду уступил мне свою, уйдя домой с полной сумкой рыбы.

Но я уже понял, что дело не в уловистом месте, а в том, что все до одной мои блёсны были неправильно сбалансированы. В расчищенной ото льда лунке они не планировали вниз, а погружались в воду почти плашмя, переваливаясь с боку на бок.

Иначе говоря, центр тяжести моих поделок находился близко к середине блесны.
К тому же были залиты очень тонким слоем припоя, имея при этом малое соотношение длины к ширине.

И, тем не менее, мне в этот день удалось заразиться ловлей хищника на блесну. Выпрямив хвостовую часть и даже, слегка отогнув самый хвост блесны в противоположную сторону, я увидел, что в лунке характер движения её кардинально изменился.

Ловить начал со дна на подброс блесны всего на десять – пятнадцать сантиметров. Вечером окунь брал бесподобно, и эта рыбалка запомнилась мне на всю жизнь.
Нет нужды Вам говорить о том, что все мои блесны после этого были переделаны и опробованы в ванной.

Я, рыбак, посвятил столько времени и места в этой статье пропаганде ловли хищника на блесну только потому, что пока ещё сравнительно мало кто на льду увлекается блеснением. Кто–то сомневается в своих способностях, некоторые не верят в эффективность такого вида ловли, а кого–то пугает обилие выбора и дороговизна приманок, лежащих на прилавках магазинов.

Занимаясь на сегодняшний день рыбалкой со льда не один десяток лет, я перепробовал массу покупных мормышек и блёсен, и, лишний раз убедившись, что чудес на свете не бывает, предпочитаю ловить на самодельные снасти и приманки. Причём, на окунёвые ставлю только один впаянный крючок.

Во–первых – «игра» такой блесны, в отличие от приманок с подвешенными тройниками, предсказуема, а во–вторых - меньше зацепов.
А уж изготовить различные рыбацкие поделки Вам, рыбак, начитавшись моего пособия, не составит особого труда.